- Что бы там сегодня ни говорили про Виктора Николаевича, на моё отношение к экс-главе Слободского это не повлияет, - признаётся жительница Первомайского микрорайона Елена Комкина. У неё есть особая причина, чтобы так говорить. Думаем, что согласится с Еленой и читатель, который узнает историю спасения её сына
- В начале 2010 года Егору поставили страшный диагноз: опухоль ствола головного мозга.
Сделали в Кирове операцию, злокачественное образование ликвидировали. Но через несколько месяцев начались осложнения - не по вине врачей, а в силу специфики заболевания. Недуг этот «цепкий» и отступает неохотно.
В Кирове врачи без обиняков сказали:
- На Вятке вам уже ничем не помогут. Остаётся Москва - НИИ им. Бурденко. Иначе (если всё оставить как есть) жить Егору осталось… максимум год.
- Все родители, побывавшие в подобных ситуациях, поймут, что мы испытали. С одной стороны, ты готов пожертвовать чем угодно, лишь бы ребёнку стало легче. Но с другой - полная растерянность: куда первым делом звонить? как ставить вопрос? и т.д. Ведь у нас самих нет ни медицинского образования, ни управленческой хватки.
Не в упрёк никому будь сказано: тогда, год назад, мы обращалась ко многим. Большинство нас жалели, сочувствовали, но все признали, что помочь ничем не могут.
Тогда близкие посоветовали:
- Когда речь идёт о спасении сына, не сомневаться надо, а пробовать все возможные варианты. Обратись к главе города Менчикову.
- На следующий день я пришла к В. Менчикову на приём. Пришла, честно вам скажу, не столько с надеждой, сколько уже с отчаянием. Ведь в тот момент я понимала: если и здесь всё ограничится сочувственными словами, войну с болезнью мы проиграем… Узнав о нашей беде, Виктор Николаевич начал действовать в ту же самую минуту. Минуя облздрав, связался напрямую с НИИ нейрохирургии им. Н. Бурденко. Выяснил, чем могут помочь Егору, какие документы нужно собрать, цену вопроса и т.д.
Стоимость лечения для нас оказалась неподъёмной. Тут же при нас были составлены письма с просьбой и содействии, Виктор Николаевич назвал людей неравнодушных, кто, по его мнению, может посодействовать. Выделил нам личный транспорт, шофёра, и за несколько часов мы объехали все адреса…
В итоге вся приготовительная работа, у которой, нам казалось, не будет конца и края, уложилась в три дня. На приём к Виктору Николаевичу мы пришли в среду, а в пятницу, уже со всеми необходимыми бумагами и необходимой суммой, Егора увезли в Москву.
Добавлю, что и всю следующую неделю, пока Егор проходил лечение в Москве, Виктор Николаевич был на связи с клиникой, поэтому многие новости узнавал даже вперёд нас.
- …Сейчас люди не верят, что перед ними тот самый мальчик, про которого врачи сказали, что «ни за что не ручаются». Ведь нас тогда предупредили сразу: есть риск, что он утратит простейшие навыки, никогда не научится вновь говорить, ходить и т.д.
А Егор за прошедшие месяцы не только вернулся к обычной жизни, но и сдал экстерном программу 2-х пропущенных четвертей, учится вровень со сверстниками.
Произошло чудо, но не по щучьему же веленью. Столичные медики нам не раз напоминали:
- Ваше счастье, что кировские хирурги так чисто сделали свою часть работы… И ещё - скажите спасибо человеку, в три дня собравшему Егора на лечение. Если б не его поспешность - было бы всё иначе.
- Не все, кстати, верят, что мы пришли к В. Менчикову так вот «с улицы». Бывает, интересуются: наверно, вы его родственники или хорошие знакомые, раз проявил такое участие? Вот насколько утрачено в народе доверие к власти, если бескорыстная помощь вызывает такие подозрения.
Сегодня Виктора Николаевича много критикуют, за отсутствие якобы оперативности, управленческой хватки. Не знаю, откуда взялись такие аргументы. Я-то видела, как стремительно он действовал в те три дня, когда вопрос встал о жизни Егора.
Обвиняют В. Менчикова и в том, что надо было больше думать об общей стратегии, а не размениваться на работу с конкретными людьми. Как прикажете мне относиться к таким словам? Я знаю одно: окажись тогда в кабинете главы города другой человек - не Виктор Николаевич - Егор бы сейчас рядом со мной не сидел.
Помощь и немного участия
История С. Загумённовой не столь драматичная, но тоже по-своему показательная. Выйдя замуж, она обратилась в местную (Первомайскую) администрацию с просьбой выделить ей отдельное жильё, - хоть какой-нибудь угол.
Произошло это больше пяти лет назад, когда Виктор Менчиков ещё работал начальником Управления по работе с территориями.
- Без всякой предварительной записи, - вспоминает С. Загумённова, - просто зашла в кабинет и попросилась на приём. Виктор Николаевич не отказал. Выслушав ситуацию, предупредил честно: «При существующем дефиците жилья едва ли проблема решится с ходу. Придётся подождать. Но как появятся варианты - мы вас уведомим». И пускай мне год пришлось ждать, но, честное слово - не обидное было ожидание, когда знаешь, что к твоей проблеме отнеслись всерьёз.
А ещё, сами, наверно, знаете: сегодня некоторые чиновники и помощь оказывают - как одолжение делают или подачку дают. К таким лишний раз неловко и с вопросом обратиться… А Виктор Николаевич, напротив, и отказать умел человечно, объяснив причину. Только редко мы слышали от него отказы; всем пришедшим он старался чем-нибудь да помочь.
Что самое удивительное - всё держал в памяти. Даже через месяцы потом при встрече интересовался: всё ли в порядке по новому адресу, что с кровлей, что с теплом, как соседи?..
Сегодня эти черты «руководителя лицом к народу» могут показаться наивными. Так же, как хождение легендарного директора «Белки» Н. Квакина пешком в баню с веником под мышкой. И нынче на просторах Интернета досужие комментаторы подкалывают В. Менчикова даже за то, что он многих в городе знает лично и со многими здоровается за руку, по-простому.
Что ж, если в отсутствие серьёзных поводов звучат такие обвинения, это тоже о чём-то говорит. Ведь уличённых в серьёзном криминале такой мелочью, как рукопожатия со встречными, попрекать не будут.
Подготовка текст - Игорь Мальцев
